Вячеслав Моше Кантор, общественный деятель, с 2007 года занимающий пост президента Европейского еврейского конгресса, на протяжении многих лет на самых разных уровнях поднимал проблему не просто борьбы с антисемитизмом, но отсутствия того конкретного определения, по которому антисемитизм вообще можно было идентифицировать.
А как правоохранительным и судебным системам, полиции и правозащитникам бороться с врагом, которого они даже не знают в лицо?
Ситуация во многом складывалась парадоксальная: что такое антисемитизм определяли те самые люди, которых в антисемитизме обвиняли. Разумеется, в попытках оправдать себя, они приписывали антисемитизму те проявления и формы, под которые сами и их действия не подпадали. Ситуация, когда определение притеснению дают не жертвы, а сами виновные, была абсурдна, заявлял Вячеслав Моше Кантор. Однако долгое время именно такой она и оставалась.
Шаг в верном направлении был сделан в 2016 году, когда Международный альянс в память о Холокосте (МАПХ) опубликовал наконец собственное единое рабочее определение антисемитизма, в разработке которого принимали участие многочисленные приглашённые эксперты, в том числе и непосредственно сталкивающийся с антисемитизмом и его проявлениями как в работе, так и в жизни. Тем не менее, процесс принятия и одобрения этого определения на официальном уровне ещё не был запущен, хотя Вячеслав Моше Кантор и другие общественные деятели активно за это ратовали. В адрес самого определения звучали и обвинения – так, его называли слишком строгим и даже жёстким. Комментируя эти обвинения, Вячеслав Моше Кантор не без иронии отметил, что единственные, кому стоит опасаться строгости этого определения – те самые антисемиты, желающие и дальше продолжать свою риторику без последствий.
Саму ценность определения, уверен Вячеслав Моше Кантор, переоценить трудно: его официальное принятие позволило бы наконец привести к общему знаменателю всю судебную, правоохранительную и законодательную практику по данному вопросу, устранить лазейки для разночтений и разных трактовок антисемитизма. Это в свою очередь стало бы очевидным и долгожданным шагом вперёд в деле борьбы не только с антисемитизмом, но и с другими видами нетерпимости – которым, убеждён Вячеслав Моше Кантор, также необходимы конкретные и единые определения.
В 2017 году рабочее определение было всё же принято и одобрено на уровне официальных властей Европы – за это высказались депутаты Европейского парламента. Однако и после подобного значимого решения, которое сам Вячеслав Моше Кантор даже назвал историческим, до практической реализации его дело шло ещё очень долго.
Как именно применять определение? Каков уже опыт этого применения? Ответы на эти вопросы, столь важные для любого чиновничьего аппарата, были опубликованы лишь в начале 2021 года, в виде специального руководства от Еврокомиссии по практическому применению определения антисемитизма. Вячеслав Моше Кантор эту публикацию отметил как своевременную и очень важную, особенно для государственных органов, ведь им зачастую недостаточно одной лишь нормы – нужна подробная инструкция о том, как именно эту норму применять.
Не исключено, что движущей силой к публикации послужило и то, что в конце 2020 года ЕС официально подтвердили своё намерение как можно активнее бороться с антисемитизмом. Во многом это связано с тем, как обострились любые нетерпимые и даже экстремистские настроения на фоне глобального кризиса, связанного с пандемией. Сам Вячеслав Моше Кантор тоже неоднократно привлекал внимание к этой проблеме, а потому отметил особенную значимость публикации руководства именно в текущей ситуации, когда и так настораживающая ситуация с ростом антисемитизма может грозить и вовсе выйти из-под контроля без необходимых мер.
