Снеговик

День был морозный, но солнечный. Снежинки переливались всеми гранями, словно подмигивая друг другу. Приближалась новогодняя ночь. Единственная ночь, когда волшебство, которое весь остальной год живёт только в книгах со сказками, вдруг сходит с их страниц и картинок. Ребята гуляли во дворе, и каждый из них был занят своим делом. Серёжа лепил снеговика. Он был очень старательным мальчиком, и если уж брался за дело, то подходил к нему основательно. Снежные шары, которые должны были стать туловищем и головой будущего обитателя двора, получались ровными. Работа спорилась.

Митька шёл с катка, волоча за собой хоккейную клюшку и пиная впереди ледышку, словно шайбу. Никудышный он вратарь! Так старшие мальчишки сказали. Митька перебирал в памяти свои обиды, и ему очень хотелось на ком-нибудь отыграться.

– Ты чё, маленький! – закричал он, едва увидев Серёжу и результат его трудов. Снеговику пока не хватало лишь носа-морковки. – Снеговика он лепит, ха-ха! Вот я сейчас как врежу по нему, он и развалится! – Митька занёс над головой клюшку и ринулся в бой, но Серёжа отважно встал у него на пути, заслонив собой снеговика, к тому же на помощь ему неожиданно пришла девочка Катя, которая встала рядом.

Митька, несмотря на свой непростой характер, придерживался правила не бить девчонок и потому опустил клюшку.

– А тебе чего надо? – зло спросил он у Кати. – Он пятиклассник, – кивнул Митька на Серёжу, – а всё снеговиков лепит. Я его учу уму-разуму, чтоб мужиком становился!

– Чужое разломать умным быть не надо! – быстро нашлась с ответом Катя. – И мужиком тоже! Ты своё-то хоть что-нибудь сделал?

– Да ничего он не умеет, особенно в хоккей играть! – Серёжа снял круглые очки, заляпанные снегом, поднятым Митькиной клюшкой, и торопливо протёр клетчатым шарфом.

– Ну, держись, очкарик! – Митька, наклонив голову, бросился на мальчика, желая сбить его с ног и уронить на снеговика. Но Серёжа устоял и сумел оттолкнуть обидчика. Они покатились по снегу. Катя бросилась разнимать мальчишек, и у неё вдруг нашёлся помощник в этом непростом деле. Дворник дядя Макар подоспел к месту баталии с другого конца двора, ловко ухватил дерущихся за воротники пуховиков и растащил в разные стороны.

– Что за шум? – строго спросил он.

– Он моего снеговика сломать хочет! – выплевывая снег, прохныкал Серёжа.

– А они, – Митька указал пальцем на Серёжу и Катю, – сказали, что я ничего не умею!

– А ты им докажи, что умеешь! – ответил дядя Макар. – Своего снеговика слепи, вместо того, чтобы чужого ломать.

– А вот и слеплю! – заявил Митька. – Такого, что на этого никто и смотреть не захочет! – бросил он снисходительный взгляд на снеговика Серёжи в нарядном красном котелке с весёлыми глазками угольками.

– Вот и лепи, а от моего отстань! – сказал Серёжа, наконец, приделывая снеговику нос-морковку.

– Ещё посмотрим, что у тебя получится! – бросила Катя в сторону Митьки, уходя домой.

– Получится! – крикнул он ей вслед. – Будешь просить с ним сфоткаться – не пущу!

По-быстрому сбегав домой, Митька вернулся во двор с целым набором вещей, казалось бы, не имеющих никакого отношения к лепке снеговиков. Это были наушники, тёмные очки, кухонная щётка с розовой щетиной и игрушечная электрогитара. Мальчику не терпелось приступись к основному этапу, поэтому шары у него получились неровными и комковатыми. Водрузив их один на другой, Митька начал украшать своё творение. На морковочный нос он нацепил очки. Отломив у щётки ручку, он приделал её к голове снеговика, соорудив таким образов причёску «ирокез», сверху надел наушники, а в руки-ветки, торчавшие в разные стороны, пристроил гитару.

– Вот это снеговик так снеговик, – сказал он, отступив на шаг. Правда, слышать его никто не мог: остальные ребята уже разошлись по домам. – Крутой! А этот… он снова посмотрел на снеговика Серёжи. – Тьфу, да и только! – Будучи вполне довольным собой, Митька ушёл домой ужинать. А снеговики стояли друг напротив друга в быстро сгущающихся декабрьских сумерках.

Когда совсем стемнело они ожили. Ведь волшебство уже начало выходить из книжек, которые в вечерний час раскрыли ребята этого двора, сидя в своих квартирах. Снеговик-панк начал пританцовывать под музыку, которую слышал только он, подпрыгивая на месте и едва не разваливаясь. При этом он делал вид, что играет на гитаре. Скромный снеговик в котелке, понимая, что от этого хулигана ничего хорошего ждать не приходится, пытался отвернуться и остаться незамеченным, но не тут-то было.

– Эт чё у тебя? Мусорное ведро на голове? – сказал Митькин снеговик, указав рукой-веткой на снеговика Серёжи, и раскатисто захохотал.

– Совсем даже не мусорное! – обиделся второй снеговик. – Это чтобы в песочнице играть летом! А ещё у меня шарф есть, очень красивый! – Серёжа и правда украсил своего снеговика красным детским шарфиком.

– Горло простудить боишься? Что, вообще не алё? Ты же из снега! Летом в песочнице он играть будет! Вот трэш, – Митькин снеговик захохотал так, что согнулся пополам. – Ты, это… Вот что, катись-ка из моего двора, здесь таким не место!

– Но я раньше появился! – попытался спорить Серёжин снеговик.

– Да мой хозяин просто поленился тебя разломать. Но я вот скажу ему завтра, чтобы закончил начатое! – Митькин снеговик продолжил глупо подпрыгивать на месте, а Серёжин огляделся по сторонам. Придётся искать себе новое место. Жизни с таким соседом всё равно не будет. Но куда же он пойдёт? И как, должно быть, расстроится Серёжа, не обнаружив завтра своего снеговика на месте.

В это время мороз крепчал, и ветер усиливался. Скоро во дворе поднялась настоящая снежная буря. Ветер сдул с головы снеговика-панка «ирокез», наушники и очки, а плохо приделанная гитара отвалилась. Добротно сделанный Серёжин снеговик наблюдал за всем этим молча. Он знал, почему так вышло. Это сама бабушка-Зима коснулась их двора краем своей шубы. Она любила всё красивое, и, видимо, снеговик-панк пришёлся ей не по душе.

– И что мне теперь делать? – захныкал Митькин снеговик, когда буран закончился. – Я теперь самый обычный! Это же катастрофа!

– Не расстраивайся! – сказал его сосед. – Возьми вот мой шарф!

– И ты мне его отдашь? После того, как я тебя чуть не выгнал из двора? – удивился снеговик, сделанный Митькой.

– Да, конечно, отдам, – ответил добрый снеговик. – Ведь новый год же!

Утром, едва Митька вышел во двор, ему встретился дядя Макар.

– Вот молодец! – неожиданно похвалил дворник хулигана и драчуна. – Какого красивого снеговика сделал!

– Митька, надувшись от гордости, пожал протянутую ему руку. – Да это так, ерунда, я ещё лучше могу! – сказал он и увидел, что через двор к нему бежит Катька.

– Митя, а я, правда, с твоим снеговиком бы сфоткалась! А шарфик какой милый у него!

– Что ещё за шарфик? – спросил мальчишка, почувствовав неладное. Бросив взгляд на снеговиков, он увидел, что они держатся за руки-ветки, а на шее вчерашнего снеговика-панка повязан красный шарфик. Куда же подевались «ирокез», наушники, гитара? Но, похоже, что он всем нравится и без них. Посмотрев на улыбающиеся лица дворника, Катьки и подоспевшего Серёжи, Митька пожал плечами и согласился с тем, что снеговик и правда получился что надо.

– Это ничего, что ты шарф взял, – шепнул ему на ухо Серёжа. – Я ещё один принесу.

– А я слеплю снежную бабу, – сказала Катя, позируя на фоне снеговиков перед камерой телефона в руках дяди Макара. – И будет им тут втроём весело-превесело!

Автор: Мария Андреевских

фото автора