15 февраля 1989 года завершился вывод советских войск из Афганистана. В преддверии этой даты мы поговорили с ветераном той войны, жителем Сосновского района Челябинской области, Николаем Александровым.
– Николай Михайлович, расскажите о себе, как вы попали в Кабул?
– Родом я из села Усть-Уйское Целинного района Курганской области, после восьмого класса учился в Кургане в ПТУ-30. В 1978 году закончил его и работал на Курганском машиностроительном заводе фрезеровщиком. Мечтал служить в ВДВ. В октябре 1979 года меня призвали в армию, мне было 19 лет. Так меня и ещё 25 земляков отправили служить в Витебск – 103 воздушно-десантную дивизию 742 отдельный батальон связи. 25 декабря дивизию подняли по тревоге и одну из первых отправили самолетами в Афганистан. Сначала приземлились на аэродроме Баграм, а затем автоколонной были переброшены в Кабул. 1 год и 11 месяцев находились в Афганистане.
– Боевую подготовку проходили перед отправкой?
– Я прошел «курс молодого бойца», но не до конца, так как по тревоге нас перебросили в Кабул.
– А об Афганистане вы что-то знали, когда туда попали?
– Мы вообще ничего не знали. О том, куда мы летим, нам сообщали только на аэродроме. И о самом Афганистане ничего не знали.
– Какие задачи были у вашего подразделения?
– Одной из главных задач было обеспечение связи штабу дивизии и сопровождение колонн на боевые задания. Так же ночные патрулирования города Кабула.
– Страшно было, трудно?
– После боевых действий возникала тревога и незначительный страх. Каких-то самых страшных дней не было, они все были одинаковыми. А вот насчет трудностей. Самыми трудными были первые месяцы, когда ничего не было устроено. Жили в палатках, поначалу спали на полу, потом привезли кровати. Телевизоров не было… Шучу, конечно, какой там телевизор. Полевая кухня была отапливаемая на дровах, а дров не было нигде, поэтому примерно полгода питались сухпайком, после привезли кухни, которые топились соляркой, и стали готовить. Столовая была сначала на земле – вырыли ров квадратом, в ров ноги опускали и сидели, как за столом. В общем, быт устраивали сами, как могли. В 1980 году с концертом приезжал Иосиф Кобзон и ансамбль Туркестанского военного округа.
– Как вы относитесь ко всему этому теперь, спустя столько лет?
– Отношение к прошлому как к должному – значит, это была моя судьба попасть на войну. В ноябре 1981 года я уволился из рядов советской армии в звании старшего сержанта в должности заместителя командира взвода. Был награждён медалью за боевые заслуги. Армия дисциплинирует и формирует ответственность за себя и сослуживцев.
– Какие письма вы писали домой с войны? Какие письма получали из дома?
– Письма какие домой писали… что все хорошо, что находимся в командировке. О том, что мы в Афганистане писать запрещали, нельзя было фотографии отправлять домой. Из дома получали письма, что все хорошо, что домой ждут.
– В какие-то приметы верили?
– В молодые годы никакого суеверия не было. Примет на войне не бывает.
– С сослуживцами отношения поддерживаете?
– Сослуживцы все в основном из Курганской области и других областях, нет возможности встречаться. В социальных сетях общаемся.
– Расскажите о себе после службы?
– В начале 1983 года женился, в сентябре 1983 года родился сын. В 1984 году переехали с семьей жить в Рощино. В 1989 году родился второй сын. Работал я в ООО «Равис» долгие годы, сейчас не работаю по случаю инвалидности. Живём в Рощино всей семьёй. Растут внучка Виктория и внук Михаил.
