Сегодня, когда ВС РФ ведут спецоперацию на территории Украины, а разные страны мира наложили на Россию всевозможные санкции, большинство простых людей стараются адаптироваться к ситуации. Мы побеседовали с людьми из разных поселков Сосновского района, имеющих разные статусы, не искушенных в политической казуистике.
Жительница села Долгодеревенского, пенсионерка Людмила Ивановна:
– Сегодня думаю о том, чтобы не было большой войны. Смотрю все выпуски новостей. Показывают, как украинский президент призывает другие страны ему помогать напасть на нашу страну. Я большую часть жизни прожила в Советском Союзе, даже подумать не могла, чтобы наши народы до такого дошли. Думаю, что у нашего Путина, Шойгу и Лаврова уже другого выхода не было. Главное, чтобы не было большой войны, а по продуктам что сказать: ходила в магазин, сахар и гречневую крупу разобрали. Так два года назад еще мир был, но сболтнули, что в коронавирус все будут дома сидеть и за хлебом ходить не разрешат, – тоже все порасхватали. А я с осени небольшой запасец делаю. На варенье сахар не летом же покупать. Долларов у меня не было, за границу я не ездила. Телефон внуки купили, так, наверное, теперь на все время хватит. Единственное, что бы сделала, так это тех, кто наживаться в такое время надумал, вот тех бы больно по рукам ударила.
По телефону мы поговорили с руководителем управления сельского хозяйства и продовольствия администрации Сосновского района Александром Воронковым. Спросили нашего собеседника, насколько отразятся на сельском хозяйстве введенные санкции.
– Начнем полевые работы, как сойдет снег. На сегодняшний день семенной фонд у нас заготовлен в полном объеме по зерновым и бобовым. Дополучаем семена по овощам и картофелю. Но это не из-за границы поставки, а из других регионов России. Часть семян овощей еще у оптовиков. Финансовую поддержку регион производителям сельского хозяйства оказывает. И даже увеличили ее в этом году. Единственное опасение – запасные части для сельскохозяйственной техники. Здесь скрывать нечего, частично агрегаты у нас используются иностранного производства. Многие сельхозпроизводители ранее на складах запасные части не держали, работали под заказ. Но и в этом катастрофических последствий пока не предвидится. Все будет идти своим чередом. Продукты питания у нас будут свои».
Сергей Барвинков, индивидуальный предприниматель, смотрит на ситуацию как деловой человек:
– Есть мнение, что надо обзаводиться бизнесом, который нашу страну сейчас покинул. Времени в обрез, потому что чуть изменится политическая ситуация, все сбежавшие, не моргнув глазом, побегут назад. И это еще полбеды. Я думаю, что сейчас производители одежды, электроприборов, кроссовок, велосипедов в Китае потирают руки. А мы все бегаем, гречку скупаем вместо того, чтобы думать о том, как самим чайники и термосы научиться делать, кроссовки пумовские шить. Я тут смотрел путешественника, так он показывал, как фаянс в Пакистане клепают. Какие там условия и технологичность. Из г…а и палок, в сарае. А мы покупаем и радуемся: импортное купили. Сейчас, ребята, не с флагами надо бегать, а самое время брать бизнес. И в этом будет помощь всем: и президенту, и армии, и людям.
Рядом с домом моих родственников живет семья пенсионеров. Глава семьи Ильгиз, недавно вышедший на заслуженный отдых, рассказывает:
– У нас бабушка, ей сейчас восемьдесят семь лет, первая неладное заподозрила. Смотрит телевизор постоянно, так еще в первых числах февраля послала меня на «Северный двор» закупиться. У нас весь доход на семью чуть больше пятидесяти тысяч. Самая большая пенсия у бабушки Насимы. У меня восемнадцать тысяч с копейками. Я недавно стал пенсионером, хотел еще поработать, но на позвоночнике нашли грыжу, могу только сторожить. Но сторожить у нас в деревне сейчас нечего. Жена у меня получает пенсию по инвалидности. Поэтому посоветовались и решили, что надо кое-что купить. Лишним не будет. Купили сахару, соли. Макароны прикупили по старой цене, крупы разной. У меня келет (кладовая) обустроенный, посуда там крепкая, место сухое – все сохранится целый год. Бабушка Насима как в воду глядела. В первую неделю марта все подорожало. Сахар был пятьдесят рублей, потом совсем не стало, а сейчас где на пятнадцать рублей дороже, где на тридцать. У нас огород есть и живность держим. По большому счету, конечно, проживем. Переживаем за племянника. Он у нас по контракту служит на Дальнем Востоке.
О том, что мы справимся с последствиями столь злобной экономической политики западных стран, сказала в интервью Мария Агафонова. Марии Борисовне как руководителю не раз приходилось решать, казалось бы, совершенно неразрешимые задачи. Она очень мудро рассудила, что нам надо немного попридержать свои желания.
– Думаю, все будет разумно. Встречаюсь с фермерами, встречаюсь с руководителями предприятий. Мы будем сеять, садить, перерабатывать. Поэтому с продовольствием у нас все должно быть хорошо. Полагаю, если нас отлучат от сети «Макдональдс», не выставят на полки магазинов кока-колу, голода в стране не случится. Наши люди умеют выбирать из двух зол наименьшее, поэтому все очень скоро придет в норму. Поумерим потребности. И, возможно, на этом фоне подумаем о самодостаточности. Такая огромная страна, как наша, должна быть самодостаточной. В ней все должно быть. В какое-то время мы очень хотели глобализоваться, и выпустили из виду такой аспект, когда все необходимое производилось в своей стране. Нам просто об этом напомнили.
Жительница села Кременкуль Елена рассказала, что в первые три дня работал синдром гуманитария:
– Лет двадцать, как в нашей литературе появилось множество произведений апокалиптического направления, хардкора, где пугалки и страшилки во всех красках. Так как я работаю с детьми и не упускаю этого направления из виду, первые сообщения о крахе банковской системы, о блокировке карт, о финансовых террористических атаках, о крушении электронного мира очень сильно подействовали. Фантазии все дополнили. И я сняла все деньги с карт. Пусть это и незначительные средства, но набралось. Когда была в банке, видела, что так делают очень многие. Начала снимать деньги, а в банкомате купюр нет. Кто-то позвонил, спросила, могу ли сделать это в Челябинске, те отвечают, что банкоматы пусты. И паника только усиливалась. Сейчас думаю возвратить средства на счета. Появилась возможность вернуть деньги в банк под более высокий процент.
Люди, поглощенные какими-либо проектами, оказались менее уязвимы для информационного потока. Тренер по дзюдо в спортивных клубах Саккулово и Долгодеревенского Сергей Игнатенко сказал, что с политическими новостями знакомится утром. Олимпийское спокойствие по поводу рисков и страхов Сергей относит к тому, что занимается любимой работой.
– Загруженность такая, что думать и переживать о пропавших долларах некогда. Тем более что в семье их нет. Готовимся со взрослой командой к летней спартакиаде, с детьми к различным чемпионатам и первенствам, которых весной предостаточно. Конечно, когда вечером с женой встречаемся, что-то обсуждаем. Я даже несколько пачек макарон купил. У нас есть огород, думаю, побольше посадим овощей, картофеля, сделаем заготовки. Главное – не паниковать.
Сергей Тарасов, бывший сварщик металлургического комбината и заядлый рыболов, еще тот политик, потому что ярый приверженец Владимира Жириновского:
– Сейчас Владимир Вольфович болеет, но 24 февраля все убедились, он из всех наших политиков самый прозорливый, грамотный и умный. Дай ему Бог здоровья. Что он говорил, то и происходит. А он говорил, что с Украиной все нам расхлебывать придется, сколько мы ни оттягиваем этот момент. И простые люди там, возможно, уже и ждали такой развязки. Я ничего против простых людей не имею. Когда служил, я только рядом с войной побывал, ничего хорошего, не говорю уже о том, каково сейчас нашим ребятам. Считаю, что армию, людей надо беречь. Техники мы еще наделаем. Европейцы в ногу они себе выстрелили! Да как они, бедные, без нашего газа жить будут? По мне, пусть все другое себе отстрелят. И уж как-нибудь без нас поживут. Не загинут. Но я бы, раз уж так все складывается, все вентили закрутил. В один день. Бац! И нету газа ни у панов, ни у мин херцев. Раз мы такие плохие и не нравимся, то мы плохие! И в таких условиях я бы еще больше поверил в свою державу, если бы приехал на заправку, а там бензин, пусть по двадцать рублей. Не покупают же теперь америкосы у нас нефть. Зашел в магазин – хлеб по пятерке. И даже водочку можно сделать подешевле. И пусть все эти макроны, шольцы, трассы, джонсоны хотя бы побояться месяца три. И прибалтийцев бы припугнуть не мешало. Еще раз скажу, что надо сейчас наших ребят как-то сберегать и побеждать скорее.
Конечно, при наших встречах и разговорах были и те, кто имеет совершенно отличное мнение, кто тихо посыпает голову пеплом и готов поддержать некоторую часть российской интеллигенции, застыдившейся жить в стране, вставшей на защиту Луганска и Донецка.
Но мы рассказываем чаще про тех, кто верит в свою страну. Они собирают гуманитарную помощь, они везут ее собственным транспортом тем, кому в тысячи раз хуже, чем нам.
Один из моих собеседников сказал: «Очень надеюсь, что за истекшие тридцать лет нас не до конца поразила бацилла индивидуализма, той заразы, которую преподносили нам, как высшее торжество человеческой исключительности. И мы снова вернемся к соборности, как поступали наши прадеды, деды и отцы. Дед рассказывал, что для фашистов на войне мы были все русские: башкирин, татарин, грузин, казах, украинец. Так случилось, что нацизм снова поднял голову. Для нацистов всех мастей мы должны снова стать единым народом».
Третью неделю езжу по Сосновскому району в командировки на соревнования, на культурные мероприятия, и вижу: жизнь идет своим чередом.
Владимир Бреднев
фото из архива редакции
Материал опубликован в газете «Сосновская нива» №13 за 30 марта
